Хранитель тотема - страница 11
У выходных ворот просторного приёмного шлюза стоял капитан Виларокси и указывал коротким стеком собеседнице на шеренгу голых людей. Рядом с ним находилась могучая тиранка, и на её акульем лице можно было прочитать откровенное пренебрежение.
— Эти? Да они подохнут уже на третьи сутки! Капитан, клянусь печенью Окста, в этот раз вы привезли никчёмный товар!
— Э-э, бросьте, джентльфем! Три года — гарантийный срок, при условии, что вы хорошо будете ухаживать за своими рабами.
У Сергея потемнело в глазах. Рабы?!! Он тоже?!! Рабство в просвещённом двадцать восьмом веке?!! Хотя всё происходящее подтверждало эту дикую мысль, он никак не мог поверить. Абсурд какой-то! Нет, нет, всё это приключилось не с ним…
— Капитан Виларокси! — от волнения голос Сергея прервался, и крик вышел тонким и даже жалобным.
— Да, мой юный друг? — с издевательским добродушием спросил торговец.
— Капитан, это какая-то ошибка! Прикажите своим людям освободить меня!
— Разумеется, малыш! Как только ты внесёшь выкуп за своё освобождение. Восемь тысяч имперских кредитов.
Сергей не успел изумиться несуразности сказанного — тиранка, стоящая рядом с Виларокси, возмутилась:
— Аарон, ты действительно сошёл с ума! Восемь тысяч за полувзрослого человеческого самца — это смешно! Я столько готова заплатить за тиранца, ну, на худой конец, адеррийца — они хотя бы выносливые, но этот человек…
— Стоит таких денег, — перебил её торговец. — Он один раскидал четверых моих наёмников. Скажу тебе больше — он умудрился проснуться посреди рейса — такого никогда ещё не было. Значит, он очень силён. Силён и молод. Будет долго у тебя работать, Трикси. Во всех смыслах. Ты его сможешь использовать… в отличие от адеррийцев.
Сказав последнюю фразу, Виларокси гадко усмехнулся, люди из его команды тоже. Тиранка на мгновение задумалась, внимательно осмотрела Сергея с ног до макушки, потом мотнула остроконечной головой.
— Ладно, уговорил. Семь тысяч. Но больше от меня уступок не жди.
— Трикси, мы же давние партнёры. Восемь! Я знаю, что продаю. А остальные… осмотри их и сама назначь цену.
Мужчина, стоявший в строю первым, выругался, когда тиранка принялась ощупывать его мускулы, и попытался оттолкнуть её руку, за что тут же получил от неё удар под дых и упал на пол. Люди заволновались, жирный Тальве остервенело начал раздавать удары шокером направо и налево. На сей раз его никто не остановил — напротив, сам капитан Виларокси принял участие в усмирении готовых взбунтоваться — его стек оказался не менее действенным, чем шокер толстяка. Тиранка же с видимым удовольствием могучими ударами уложила на пол несколько мужчин и женщин.
— Хватит, капитан! — её рык гулко отдался под сводами шлюза. — Не порть моих рабов, они всё поняли. Я уверена.
Улыбка тиранки была сродни оскалу акулы — недаром эту расу сравнивали с земными хищными рыбами. Избитые и устрашённые необузданной жестокостью пленники, молча, утирали окровавленные лица и уже не сопротивлялись унизительному осмотру. Тиранка с пренебрежительным видом щупала мускулы людей, заглядывала каждому в рот, а потом сверялась с личной картой. Наконец она повернулась к капитану Виларокси.
— За инсектоида даю шесть тысяч.
— Шесть с половиной.
— Шесть. За троих самцов дам по пять тысяч. Остальных беру по три. А самки, насколько я вижу, уже возрастные. Только из уважения к твоим трудам возьму их по тысяче двести за штуку.
— Трикси, ты вьёшь из меня верёвки. Пойдём на корабль, выпьем по стаканчику «вырвиглаза», дела наши обсудим.
Огромный тиранец — видимо, старший охранник, презрительно посмотрел сначала на Трикси Кумму, затем на Виларокси.
— Этот человек всегда стремится обмануть тебя, Трикси. Будь моя воля…
— Беви, твоя воля никогда не будет здесь первой, — тиранка пренебрежительно махнула рукой в сторону огромного тиранца и сказала уже капитану Виларокси: — Аарон, если ты думаешь, что напоишь меня, и я накину сотню-другую…
— Ну что ты! — широко улыбнулся Виларокси. — Просто посидим, поговорим, как старые друзья…
Судя по усмешке, промелькнувшей на толстом лице Тальве, капитан знал, что делал. Впрочем, Сергея меньше всего волновали коммерческие удачи и неудачи торговца. Парень чувствовал себя ненормально спокойным — словно это не с ним произошло ужасное приключение, словно это не он только что слушал отвратительный торг, где живых людей мерят штуками, продают и покупают. Сергей смотрел, как голубокожего брукийца и жирного Тальве сменили два тиранца, закованные в странного вида доспехи, и с отстранённым удивлением отметил, что полные шлемы, нагрудники, шипастые браслеты и налокотники тиранцам, и без того имевшим зловещий вид, явно не нужны.